25,5% 21,0% 80,0% ♫ all time low - the reckless and the brave реал лайф - майами - 2025 - 18+ Я чувствую себя загнанным в угол диким зверем, которому сейчас в спину определенно выстрелят либо шприцом с транквилизаторами, либо сунут нож так глубоко, что он достанет до сердца... читать далее извините но я админ с тревожкой неотвеченного соо в этой теме, поэтому я просто напишу это чтобы быть спокойным, что ничего нового тут пока нет
спасибо
E

E

R

V

seven devils

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » seven devils » киллиан + амала » I'm a little bit obsessed


I'm a little bit obsessed

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

https://upforme.ru/uploads/001b/c7/a6/677/233454.png

0

2

[indent] Как только машина мужа отъезжает от дома, как только я закрываю дверь нашего дома, я могу позволить себе перестать улыбаться. Эта приклеенная улыбочка, счастливые глаза и изображение любви в купе с игрой идеальной жены меня доконают. Я не чувствую, что устала притворяться, я довольно долго работаю под прикрытием и понимаю риски, на какие иду условия и меня все устраивало. А вот мое начальство не очень. За один мой косяк во время оперативной работы, когда я пыталась помочь девчонке слезть с наркоты и раскрыла себя, меня засунули в самую нудную и невыносимую сферу. Быть приставной женой, месяцами следить, изучать, собирать доказательную базу, и это может тянуться даже годами. Кстати, о них, вот уже второй год, как я понятия не имею, где Киллиан Локхарт так накосячил, что меня приставили к нему.
[indent] Лучше начну с начала. Меня зовут Амала Локхарт, я домохозяйка, счастливая жена и мечтающая о детях женщина, которая с удовольствием занимается бытом, овчаркой по кличке Граф, и живет свою лучшую жизнь. В доме всегда порядок, утром и вечером на кухне идет работа полным ходом, чтобы проводить или встретить мужа. С Киллианом мы познакомились на работе, куда я пришла устраиваться в его фирму. У нас завертелся служебный роман, что вроде бы не противоречило правилам, но нам мягко намекнули, что лучше бы работать отдельно. Наверное, переспать в застрявшем лифте, в переговорной, в туалете и в кабинета Киллиана было как-то чересчур, тем более, что нас несколько раз спалили. Страсть была просто бешеная, что грозило моим полным провалом, если бы не следовало все идеально по плану.
[indent] Досье Киллиана Локхарта заключало в себе то, что он родился в обычное семье, средне учился, потому что ему особенно это не было интересно, но считал он просто лучше любого калькулятора. Пока ты вбиваешь числа, Килл уже дает ответ. Он прекрасно работал с деньгами, подсчитывал проценты, вклады, риски и был самой настоящей акулой. Личная жизнь полна громких романов без шанса на то, что он готов остепениться. Ничего такого, на что можно было бы обратить внимание, если бы не то, что он отмывал деньги не самым лучшим людям Майами, с их не самыми честными способами заработать. Агентство считает, что где-то на этом потрясающем побережье засели большие и важные шишки, и чтобы выйти на них следует обратить внимание на тех, кто слишком хорош в свой работе. Прямых улик против Килла не было, косвенных тоже, просто просили внедриться и проверить, возможно узнать о ком-то еще. У меня на выбор было несколько целей, но то, что стало происходить между нами это выбивалось с первоначального плана.
[indent] Да, я опять все нарушила, поведясь на эмоции. Я уверена в том, что если их отключать, человек превращается в животное или робота, а мне хотелось еще оставаться тем, кем я была. Поэтому роман и последующее предложение посчитали отличным поводом избавиться от такого нерадивого агента в моем лице. Вот только я считала иначе, и была намерена докопаться до правды.
[indent] Доверяла ли я мужу? Не совсем. Он не выглядит подозрительно, отвечает на все мои вопросы, но иногда мне кажется, что он смотрит на меня с некоторым снисхождением. Типа я такая простая, обыкновенная и глупая жена, которая никогда и никуда не лезет и будет всегда готовить горячий ужин, греть постель и выглядеть счастливой. Признаться, это меньше походило на ту меня, с которой он познакомился и с которой испробовал не одну поверхность на работе для сексуальных утех. Страсть как-то сама по себе сошла на нет, и в спальне мы реально спали. Будто не хватало какой-то прежней искры, которая была придавлена тонной лжи между нами. Единственное правдивое обо мне, что он знал, было имя. Отправляясь на это задание, я намеренно попросила оставить себе имя, потому что так было проще притворяться и цепляться за что-то настоящее, чтобы не сойти с ума. У меня даже не было куратора, с которым я могла бы поговорить и передать информацию. Для агентства я была уже списанным материалом, который возможно выстрелит. Не удивлюсь, если они отвели свой взор от Майами в ворохе более интересных дел. А мне оставалось просто пытаться жить своей жизнь и лишь иногда играть в супер шпиона, которым я не была.
[indent] Сегодня день тот день, когда мне хотелось в который раз порыться в кабинете мужа и попытаться найти хоть что-то. Да, можно было сказать, что Киллиан чист, что он обычный трудяга с потрясающим умением считать, но тогда меня бы просто заперли в офисе с бумажной работой и я думала бы о том, а что если он действительно помогал плохим парням? И через пару лет смотрела бы в новостях, как его ведут мимо моего стола заключать сделку, и меня бы уволили с позором. Так, я хотя бы де факто работаю. И я не буду обращать внимание на трудности, и буду продолжать работать и собирать доказательства.
[indent] Наш двухэтажный дом располагался в элитном районе, занимая большую площадь с лужайкой, задним двором, гаражом для двух машин и верандой на все том же заднем дворе. На первом этаже была кухня, гостиная и кабинет моего супруга. На втором две спальни, библиотека и помещение, которое мы переделали под гардеробную. Просто и со вкусом, без излишнего выпендрежа и лоска, потому что обустройством дома мы занимались вместе. Здесь не было потайных комнат, сейфов или чего-то такого, что могло бы выглядеть подозрительно. Я не раз осматривала дом, прикрываясь уборкой и ничего такого не находила. Кабинет я вообще раза четыре точно переворачивала полностью, не наткнувшись ни на что подозрительного. Сегодня возможно будет тоже самое, но моя чуйка твердит мне обратное с самого утра, когда я только проснулась и сняла с глаз маску. Килл любит спать с открытыми шторами, меня же утренний свет или лунный раздражает, поэтому без маски мне не уснуть. Открываю дверь, внимательно окидываю взглядом стол, широкое кожаное кресло, полки с книгами, небольшой комод. Все как и всегда.
[indent] Первым делом проверяю все ящики, прощупываю их, приподнимаю бутылки с дорогим алкоголем и ставлю на тоже место. Добираюсь до стола, прощупываю его, тоже самое делаю с выдвижными ящиками, изучаю копии документов или записи в блокноте. На столе стоит ноутбук, который Килл обычно таскает с собой, но сегодня почему-то решил оставить дома. Забыл? Решил не брать? Необычно, но не слишком подозрительно. Закончив с первичным осмотром, сажусь в кресло, открываю крышку ноутбука и, естественно, вижу там пароль. У меня была своя техника, поэтому вполне логично, что использовать ноутбук мужа мне нет надобности. Пароль состоял из четырех чисел. Задумчиво кусаю губы, и первым делом ввожу свою дату рождения. Не прокатывает, потом пробую дату рождения мужа, даже собаки, нашу дату свадьбы и ничего. Больше памятных дат мне неизвестно, по крайней мере таких, чтобы он их запомнил и использовал в качестве пароля.
[indent] Обвожу взглядом кабинет и понимаю, что ничего больше на ум не приходит. Встаю на ноги, внимательно изучаю книги, будто они мне дадут подсказку, пока не слышу голос мужа, зовущего меня по имени. Замираю как истукан, перевожу взгляд на окно и вижу его машину. Кажется, он вернулся, скорее всего за ноутом или еще почему-то, и ищет меня. Мысленно даю себе пинка, спешу к двери, когда ручка поворачивается и она открывается. Киллиан заходит внутрь, бросая на меня удивленный взгляд. Он очень красивый мужчина. Возможно, кто-то скажет, что у него грубоватые черты лица, недостаточно высокий рост, ведь метр семьдесят с кепкой это уже мало для зажравшихся девиц, но это идиотизм. У него такие скулы, за которые любая модель бы убила на месте. У него потрясающее телосложение, из-за него я тоже увлеклась пробежками по утрам, а с собакой это стало делать вдвойне приятнее. Карие глаза, меняющие цвет в зависимости от его настроения сейчас в упор смотрели на меня, пока у меня в очередной сука раз перехватывает дыхание от вида моего мужа. Да, возможно, страсть в наших отношениях ушла и мы больше спим в кровати, чем трахаемся, но он все такой же сногсшибательно красивый. - Привет, я тут… - запинаюсь, потому что чувствую, что попалась на шалости. На очень взрослой и опасной шалости. - Решила уборку сделать, - нахожу самую тупую отговорку и решаю быстро сменить тему. - Ты уже все? Я могу приготовить что-нибудь вкусное, буквально вчера купила мясо и прочитала рецепт тако, - несу какой-то бред, выскальзываю из его кабинета и только отойдя на пару шагов понимаю, что так и не закрыла ноутбук. Блять, пусть он подумает, что сам забыл это сделать! Мне будет сложно объяснить это, зачем я вообще открыла его. - Ты голоден? Выпить хочешь? К тако отлично подойдет мартини! - и преисполненная надуманного энтузиазма, я спешу скрыться на кухне.

0

3

[indent] Возможно, я был очень импульсивным и опрометчивым в своих решениях, но я однозначно не был глупым. А еще не был слепым. Я до омерзительности дотошный и педантичный, а еще обладаю зрительной памятью круче, чем камера у самого навороченного смартфона. И естественно я прекрасно помнил где и как я оставлял вещи в своем доме. Я мог с точностью до секунды рассказать где и в какой момент была Амала и каких вещей она касалась, будучи дома в гордом одиночестве. Я видел, когда она проводила уборку, когда готовила или ленилась и весь день проводила с телефоном или у телевизора. Мне эти мелочи были до лампочки, но я все же замечал это и к сожалению, чем дольше я наблюдал за странным поведением своей жены, тем больше она вызывала у меня подозрений.
[indent] Я склонен верить в судьбу и в те ловушки, что она часто расставляет людям, будь они честными и ответственными гражданами своей страны или закоренелыми бандитами, по которым плачет тюрьма. Я был уверен, что ловушки этой роковой женщины никогда меня не коснутся, ведь вполне достаточно было того, что я попал в ловушку под названием «брак». Пусть я и не хотел из нее выбираться, но чутье подсказывало мне – все было не так просто, как кажется на первый взгляд. И что-то мне подсказывало, что рано или поздно я смогу понять в чем, заключались истинные мотивы моей жены, которая буквально через пару месяцев после нашего знакомства сказала твердое «да» на мое предложение. Я был рад этому браку. Сказал бы я, что я «счастлив» в этом браке? Это задачка со звездочкой, повышенной сложности, дать решение которой я пока не готов. Но я старательно над этим работаю, как любой человек, который с ума сходит по всем этим математическим задачам и уравнениям. Амала была невероятно сложной задачкой. А еще она очень много врала и когда мы встретились снова – да, да, снова – играла в дурочку, думая, будто я не вспомню ее. Не вспомню, как она вскружила мне голову, как играла с моими чувствами еще в студенческие годы. Наверное, я бы вынашивал эту месть в себе еще очень долго, но череда событий, после которых мне стоило бы купить лотерейный билет, сложилась так удачно, что мне удалось выйти победителем, поставив Амале мат в три хода. Буквально. Картинка стала складываться быстрее, чем я хотел бы. Отсутствие информации о ее семье, никаких ужинов с мамой, какими с отчаянием хвастались мои коллеги. Она не посвящала меня в свою жизнь примерно также, как и я. Но если мне было что скрывать, то что скрывать женщине, которая почти все свободное время проводит дома, изредка выбираясь в свою галерею? Именно это я и пытался узнать, а очень скудная папка с именем моей жены на ней – даст мне ответы на все мои вопросы. Я всегда знал, что если подергать за нужные ниточки, то можно узнать много интересного: о своих коллегах, о своих партнерах, даже о работодателе, о ком угодно. А уж о своей жене тем более. И если бы она была более предусмотрительной, то наверняка бы догадалась, что я давно просчитал ее игру и, дернув в нужном месте, уже знал все. Но я не хотел раскрывать карты так быстро и просто. Я хотел позволить ей поиграть в эту игру и дальше, усыпить ее бдительность, позволив поверить в то, что она первоклассный шпион и ей бы пойти замуж за Джеймса Бонда, чтобы в момент, когда она будет максимально ослаблена – ударить под дых и полноценно захлопнуть ловушку, но уже для нее.
[indent] И сегодня был явно не тот день, чтобы делать это. Но когда мой водитель уже въезжал на первый перекресток, ведущий в сторону главной улицы Майами на мой телефон пришло уведомление. Кто-то рылся в моем ноутбуке, и камера на нем отщелкивала раз за разом лицо моей жены. Фотографии поступали на облако, о котором Амала даже не подозревала, но с указанием даты и времени и, если я захочу, я предоставлю ей распечатки всех попыток взломать мой ноутбук и найти там что-то кроме наших совместных фотографий или билетов на самолет в путешествие, которое я для нас запланировал. Мне нравилось играть в шпионов, но еще больше мне нравилась игра в мужа, к которому просто невозможно было подкопаться. Я не изменял, не пользовался услугами эскорта, у меня не было внебрачных детей и даже друзей с симпатичными подружками или женами. Я ненавидел футбол, ничего не понимал в бейсболе из алкоголя предпочитал виски, который пил исключительно дома. Меня возбуждала только, моя жена – что было на удивление странным, но это действительно было так. Что ей еще нужно было – я не знал, но непременно выясню это. Сразу после того, как прижучу ее за слежкой и попыткой копаться в моем кабинете. И тому есть прямое доказательство, ведь прямо сейчас я внимательно изучаю лицо своей жены на фотографиях, упавших прямо в закрытое облачное хранилище. Интересно, как она сможет это объяснить, когда я потребую – а я рано или поздно сделаю это – объяснений. Наверное, мне стоило жениться гораздо раньше, на той, что свела бы с ума любого мужчину Майами, а может и всего штата, но образ Амалы засел в моей голове слишком плотно. Наверное, это была любовь. А ею можно оправдать кучу разных поступков. Убийство, кстати, тоже.
[indent] Выхожу из машины, захлопнув за собой дверь. Отпускаю водителя, добавив, что, если нужно будет до офиса доеду самостоятельно. Кто знает какие капканы расставила моя жена и как скоро я попаду в один из них. Бросаю взгляд на окно, выходящее из моего кабинета. Копна волос жены только что метнулась в сторону. Она точно не знает, что я вернулся. Карл – мой водитель – к счастью или нет умеет подкрадываться незаметно и тихо даже на машине. – Амала! – дергаю входную ручку, мысленно поторапливая жену и наслаждаясь тем в каком безвыходном положении я ее поставил. – Ты на кухне? – конечно, нет, и я знаю это, поэтому растягиваю удовольствие предлагая своей благоверной пути к отступлению, которых у нее нет, ведь я уже в двух шагах от своего кабинета. Толкаю дверь от себя, сталкиваясь с женой прямо у входа. Она смотрит сначала на меня, затем бросает взгляд куда-то позади. От моего внимательного взгляда не скрыть открытую крышку ноутбука, но жена упрямо делает вид, что ничего не случилось. В крайнем случае, если уж убиралась, могла как-то и объяснить свою оплошность. Хоть как-нибудь. Я давал ей сотню шансов за последние несколько минут на то, чтобы придумать ложь получше, пока переводил взгляд с ее красивого лица на свой стол, но она ими не воспользовалась, лишь продолжала бормотать что-то про уборку, а потом про перекус, хотя я вышел из дома не больше чем полчаса назад. – Дорогая, - я цепляюсь пальцами за ее локоть и отвожу в сторону. Пальцы сжимают руку уже достаточно ощутимо, Амала дергается, но я почти сразу же пытаюсь объяснить свое недовольство. – Я же просил много раз не заходить в мой кабинет. Мне поставить замок? – выгибаю бровь, бросаю взгляд в ее сторону. Я наслаждаюсь каждой эмоцией на ее лице. Она что-то ищет здесь, и мне нужно понять, что именно, чтобы в дальнейшем подложить ей кусочек сыра в мышеловку, которую для нее же и захлопну. Это будет сладкая месть и, честно говоря, я даже примерно не представляю, что ей придется сделать, чтобы вымолить мое прощение. Такие предательства не прощают. Надеюсь, моя жена об этом знает. Захожу в кабинет, закрываю крышку ноутбука, недовольно фыркая, убираю его в кожаный дипломат. – Я уехал на работу полчаса назад, поэтому... - пожимаю плечами, выхожу из кабинета и закрываю дверь демонстративно не щелкая замком. Оставлю для нее ловушку открытой, пусть привыкнет, принюхается. – Впрочем, если ты за полчаса уже успела соскучиться, то я могу сегодня поработать из дома. Очень не хочется, чтобы ты убиралась, а так кабинет будет занят мной и не будет соблазна туда зайти, - я улыбаюсь самой лживой улыбкой на свете, касаюсь пальцами ее щеки и подбородка, чтобы слегка поддеть его, словно ребенка. – Тако? Звучит очень вкусно, еще и в твоем исполнении, ммм, - демонстративно мычу, оставляя жену возле двери, ведущей в мой кабинет и иду в сторону просторной кухни. Дипломат ложится на барную стойку, а я иду прямиком к бару. Да, утро не удачное время для выпивки, но случай из ряда вон выходящий. Тем более Амала сама предложила мартини. Жена оказывается на кухне почти сразу же, кружась перед холодильником и плитой с такой скоростью, что у меня начинает кружиться голова. – Я надеюсь ты не залезала в мой ноутбук? – задаю вопрос, не смотря ей в глаза. – Крышка была открыта, а ты знаешь, что я из тех людей, что никогда не допускают таких оплошностей, - разворачиваюсь к ней, опираясь о барную стойку, делаю небольшой глоток из своего бокала. – Если ты думаешь, что таким образом сможешь найти мой подарок на нашу годовщину, то это очень глупый и опрометчивый ход. Я знал, что ты открыла крышку еще до того, как оказался дома, - улыбаюсь одними уголками губ, бросая взгляд на жену. Я заказал нам небольшое свадебное – уже не первое – путешествие в качестве подарка и собирался сообщить об этом на сегодняшнем ужине. Знаменательная дата уже через неделю и, видимо, увлекшись слежкой за мной сама Амала об этом забыла. – Поэтому пожалуйста. Будь добра. Не заходи в мой кабинет. Заработать доверие очень сложно, а потерять его можно в один момент, - я делаю еще один глоток из своего бокала и направляюсь в сторону Амалы, замершей у плиты. Но мне не обязательно максимально сокращать расстояние между нами. Даже находясь на приличном от нее расстоянии я слышу, с какой силой забилось ее сердце, а кожа покрылась мурашками. Она знает, что я знаю. Но я продолжаю играть в очень извращенного вида игру, в которой ей однозначно не выиграть.

0

4

[indent] Он знает.
[indent] Эти два слова неоном горят в моем мозгу, заставляя его работать на каком-то адреналине и искать варианты спасения своей шкуры. Он точно знает, что я была в его кабинете и что-то там делала. Не может доказать, потому что каких-то явных улик я не оставила, которые могли бы бросить тень на меня, но он точно подозревает и это плохо. Да, агентство меня списало, требование отчетов стало все меньше, но иногда на меня находило то самое чувство, что я могу еще чего-то добиться. Оно застилало глаза, воображение рисовало, что я могу быть не просто крутым супершпионом, но и полезным. На деле же я начинаю творить какую-то ерунду, из-за которой оказываюсь в неприятных ситуациях, вроде этой. Вру я не очень хорошо. Одно дело, когда я вживаюсь в какой-то образ, впитываю его в себя, соответствую ему, и сама начинаю верить в то, что я действительно счастливая жена, домохозяйка и с нетерпением жду пополнения семейства. О, если бы Киллиан знал, что я принимаю противозачаточные, он бы меня не простил. Конечно, мы не обсуждали это, детей и наше будущее и прошел только год с нашего бракосочетания, но я не хотела непредвиденные обстоятельства.
[indent] Меня не пугало, что я могу вылететь с работы с позором, я просто не представляла, что будет, когда это все вскроется. Как отреагирует Киллиан (конечно же, негативно, может еще хуже) одному Богу известно, но это в любом случае отразится на мне и на ребенке или детях, если таковые будут. Мне не хотелось бы, чтобы они хоть как-то пострадали и остались бы лишь с одним родителем или с разделенной опекой. И то, и то было просто ужасно. Потому что я проходила и через развод, и через борьбу за меня и через совместную опеку. Я собрала самое отвратительное комбо, которое только может быть в жизни и заставлять проходить через это кого-то еще не хочу.
[indent] Облизываю нервно губы, пытаюсь унять свое бешено бьющееся сердце. Казалось, что его стук слышно на всю округу, и по мере того, как Киллиан ко мне приближается, мне становится все хуже. Мне срочно что-то нужно сделать! Я уже испортила свое положение, заставила его насторожиться и подозревать, и теперь сильно переживаю за то, во что это может все вылиться. Например, в полный пиздец.
[indent] - Сдаюсь! - поднимаю руки вверх, оборачиваюсь к нему и широко улыбаюсь. - Ты даже не намекаешь на то, что собираешься подарить и мне нужны хотя бы крохи, - делаю шаг к нему на встречу, опережая его следующий, - крупицы, - еще один шаг, чтобы хотя бы попытаться сбить его с толку. - Ты же знаешь, я не люблю сюрпризы, - касаюсь пальцами ворота его рубашки, поправляю, чтобы он выглядел идеально. - И я успела проверить каждую твою рубашку и пиджак, каждый карман, - я даже не вру, просто не уточняю, в каких именно целях производила данный поиск. - Но ты прав… - виновато опускаю взгляд. - Я не хочу терять твое доверие или как-то расстраивать, и больше не буду лазить в твоих вещах, ноутбуке или еще… - облизываю пересохшие губы и поднимаю на него глаза.
[indent] Почему все так сложно? Я могла бы пойти по пути наименьшего сопротивления, просто уйти из агентства с клеймом позора “подстилки”, что легла под порученную ей цель. Да и плевать, я не вожу дружбу ни с кем с работы, и не стремлюсь, потому что срывать звезды с неба мне слишком тяжело. Я не обладаю никакими выдающимися талантами, у меня нет развитой интуиции, я просто хорошо умею вживаться в предложенные роли. Наверное, я была бы неплохой актрисой, если бы выбрала эту профессиональную сферу, при должном образовании и хороших репетиторах, могла бы сыскать славу, например, в сфере сериалов. Долгоиграющие роли это мое. До того, как меня перекинули работать с Киллианом, я перебивалась бумажной работой, пока однажды меня не попросили прикинуться бывшей женой на переговорах с важным преступником. Они не виделись больше десяти лет, я была как две капли воды на нее похожа, меня просто выдернули с рабочего места и приказали работать. Притвориться, выудить информацию, добиться хотя бы какого-то признания, иначе я вылечу с работы в мгновение ока. Все прошло слишком быстро, на стрессе и панике я легко изобразила женщину, которая мечтала о том, чтобы никогда не видеть бывшего мужа и была безумно напугана тем, что ее нашли. Это была моя минута славы, которая довольно быстро померкла.
[indent] И я до сих пор болтаюсь в океане без возможности прибиться хоть к какому-то берегу.
[indent] - Я буду рада, если ты будешь остаться дома, и постараюсь не слишком сильно отвлекать, - оставляю на его губах легкий поцелуй, и улыбаюсь уже искренне, потому что несмотря на то, что наше знакомство было подстроено, притворство все больше сходило на нет. Я по-настоящему привязалась к нему, несмотря на то, что иногда ловила себя на желании что-то разнюхать. Возможно, дело уже было в том, что мне просто хотелось знать, скрывает от меня что-то или нет. - Я обещала тебе тако, займусь готовкой, а ты можешь налить себе и мне что-нибудь выпить.
[indent] Я отворачиваюсь от него, чтобы направиться на кухню и сделать то, что обещала. Готовка меня всегда успокаивает, в этом браке я оттачиваю свои умения до совершенства, чтобы баловать не только себя, но и мужа вкусными блюдами. Мексиканская кухня была чем-то новым, как будто вызов, с которым мне нужно было разобраться и, естественно, выйти победителем. Итальянскую я победила, до этого была американская, она считалась самой простой, состоящей из бургеров, хот-догов и таких простеньких блюд, где самое главное не испортить мясо и не переборщить с соусами. Единственное, с чем у меня было плохо - выпечка. Как бы я не старалась, как бы точно не измеряла все ингредиенты и не пыталась попробовать что-то самое простое, у меня ничего не получалось. Самое лучшее, что я делала, так это заваривала отличный кофе.
[indent] Я беру свою кружку, в которой еще остался глоток горячего напитка, допиваю его и ставлю кружку в раковину. Занимаю руки привычным делом, чтобы сосредоточиться на нем и не выдать себя каким-то нервяком. Чувствую, как Киллиан сверлит меня взглядом, пока что храня молчание. Я начинаю напевать себе под нос, чтобы убрать этот зуд со спины, который неприятно забирается под кожу. Мне не нравится, что он меня подозревает. В иной ситуации я была бы рада, будь у нас все идеально: никакой лжи, никакого притворства, он бы сказал, что занимается только чистым и честным бизнесом, я бы сказала, что никогда не работала на агентство. Но этот червячок сомнения, который каждый раз проявлял себя, стоило мне остаться одной, не давал мне покоя. Что-то не давало мне покоя.
[indent] Киллиан это просто идеальный муж. Вот реально, стоит загуглить эти два слова и должна появляться его фотография. Он не изменяет мне, не смотрит на других женщин, у него нет подозрительных друзей, он не пропадает по ночам и не дает ни единого повода сомневаться в себе. Я вообще не понимаю, почему его в чем-то подозревают! Я уже на четвертый месяц хотела признаться во всем, чтобы успеть спасти наши отношения, ставшие реальными. А потом отговаривала себя. И снова, и снова. Логика твердила мне смотреть фактам в лицо, которые были на стороне Киллиана. Интуиция подсказывала не спешить. А чувства…
[indent] - Люблю тебя, - улыбаюсь, говоря это искренне и поворачивая голову. Я всегда так делаю, говорю внезапно, в рандомный момент признания. Он отвечает сразу же без раздумий, и зуд под кожей утихает. Пока что он мне верит.
[indent] Пока что.
[indent] Я накрываю на стол, помимо тако готовлю еще салат и соус гуакамоле для чипсов. Там же стоят прохладительные напитки, сам Киллиан садиться за стол, напротив меня и желает приятного аппетита. Я привычно спрашиваю его о том, как дела на работе, какие у нас планы на выходные и куда мы отправимся в отпуск. Точнее в его отпуск, потому что у меня с этим, как у домохозяйки, проблем не было. Муж убирает посуду, как у нас было негласно продумано, оставляет только напитки, которые уже обновлены. Кусаю нижнюю губу, задумчиво стучу пальцами по прохладному стеклу. - Помнишь тот мой шикарный подкат к тебе? - усмехаюсь, жду, когда он сядет на стул и выбираю его колени вместо соседнего стула. - Сейчас мы познакомимся, поговорим о моих бывших, потом о твоих. Будем притворяться, что нам интересно, хотя это не так и говорить банальные фразы, которые были сказаны тысячу раз до этого, - я прямо дословно повторяю свои реплики, будто это было вчера. - До сих пор помню, с каким удивлением ты смотрел на меня, будто я с другой планеты, и вообще к тебе ли обращаюсь, а я стояла и думала, как скоро ты скажешь, что я сумасшедшая, - ставлю напиток на стол, обнимаю его руками за шею, не переставая улыбаться. - А ты не сказал, даже не прогнал, - наклоняюсь и оставляю на его губах долгий поцелуй. - Мне кажется, что в тот момент, я твердо была уверена в своих намерениях, что уже не отцеплюсь от тебя и буду ходить по пятам, если потребуется. Где еще найдешь мужчину, который принимает тебя такой сумасшедшей? - смеюсь и снова тянусь к нему с поцелуем, потом еще одним и еще, пока Киллиан уже не поставит свой напиток и не уделит все свое внимание моей такой нескромной персоне. Я не пытаюсь его отвлечь от того, что было утром, я просто веду себя так, как я хочу себя вести.

0

5

[indent] Я, может, и старался изо всех сил выглядеть наивным дурачком, но никогда – подчеркиваю – никогда таковым не являлся. Я был акулой в своей работе, и многие боялись и, соответственно, уважали меня за это. Ко мне нельзя было подобраться, подцепиться за мелочь или какую-то оплошность, после которой наверняка в мой дом — точнее, раньше, в мою квартиру — нагрянул бы ОМОН, и агенты ФБР предъявили бы мне не одно и даже не два обвинения в махинациях с ценными бумагами. Я всегда мог найти лазейку и вывернуть всё в свою пользу. Наверное, в прошлой жизни я был ядовитой змеей, которая с легкостью гипнотизировала свою жертву, а потом за секунду ломала ей кости, слушая, как с треском они хрустят под таким легким, казалось бы, движением. Но в этой жизни я не менее изощрён и хитёр, и, если моя жена пытается меня обмануть, раскрутить на что-то, я, как бы сильно ни любил её, никогда на это не куплюсь.
[indent] Амала сдаётся почти сразу. Естественно, под моим давлением она обычно долго не выдерживает. Однако то, что она говорит, заставляет меня улыбнуться. Порой её поведение напоминает мне маленького ребёнка, пойманного на какой-то нелепой шалости, когда на деле всё очевидно, но ему приходится юлить и оправдываться просто потому, что поймали на месте преступления. Вот как сейчас: Амала вскидывает руки, будто сдаётся властям, но на губах улыбка, которая подтверждает: всё это не более чем игра, актёрское мастерство, которое переходит грань реального и сейчас сливается воедино. Я улыбаюсь в ответ, но не так ярко. Я в целом не люблю проявлять эмоции – больше использую что-то приземлённое, реальное, типа букета цветов просто так или проявления заботы в каких-то моментах, когда этого совсем не ждёшь. Не знаю, мне кажется, что подобные мелочи более значимы, нежели громкие слова о любви, обещания чего-то, что непременно не сможешь выполнить или вообще забудешь, и это… верх бестактности. Знать, какой у твоей жены размер одежды или ноги, чтобы увидеть в командировке красивые туфли, которые непременно ей понравятся, и купить нужный размер, не уточняя, – это показатель любви. Поэтому я подумал заранее о путешествии, которое должно стать будущим подарком на годовщину, и мне бы не хотелось, чтобы Амала узнала о нём раньше положенного срока. Внимательно изучаю её лицо, когда подхожу чуть ближе. Она стойко сохраняет на нём невозмутимость, которая едва не заставляет меня засмеяться. Она всегда умела стойко выдерживать мой серьёзный взгляд, и в этот раз ей удаётся это снова. Она поправляет воротник моей рубашки, доводя его положение до идеального. Я чуть слышно выдыхаю, внимательно слушая то, что она говорит. Оправдывается, пытается отвлечь моё внимание от чего-то важного. Уверен, что она искала далеко не то, о чём говорит, и сейчас пытается перевести тему на свою нелюбовь к сюрпризам. Да ладно. Я не настолько глуп, чтобы в это поверить, но пока что делаю вид, что ей это удалось. Удовлетворённый её обещанием, киваю, отвечая на её лёгкий поцелуй, который она оставляет на моих губах, прежде чем развернуться ко мне спиной и вернуться на кухню.
[indent] Иду следом за ней, не отставая ни на шаг. Оказываюсь на просторной кухне, которую заливает яркий солнечный свет, делая её зрительно шире – дизайнерский ход, который приводил меня в восторг каждый раз. – Можем просто заказать что-нибудь, но если тебе хочется приготовить что-то самостоятельно, то я не против, – говорю себе под нос, увлечённо протирая пальцами невидимую пыль с кухонного стола. Но Амала уже что-то делает, что недоступно для моего взгляда, поэтому я даже не пытаюсь отговорить её. Она потрясающе готовит – и это огромный плюс, который делает её поистине идеальной женой. Я бы даже сказал, самой лучшей, если бы не нашёл в стеклянном шкафчике в ванной противозачаточные таблетки. Мы не обсуждали продолжение рода, не обсуждали, что готовы к детям, но рано или поздно всё равно пришли бы к этому разговору, и сейчас, наверное, самый лучший вариант. Это будет наша третья годовщина, и за всё это время Амала ни разу не жаловалась на задержку, даже не говорила о ней вскользь, на что я непременно обратил бы внимание. Естественно, именно это вызывало подозрение, и под руку очень удачно попался пузырёк с таблетками, название которых мне даже не пришлось гуглить. Моя бывшая пользовалась такими же. И, естественно, я знаю, для чего они. И это вторая тема для разговора, которую я предпочёл оставить до ужина, пока по стандартной схеме он плавно не перетечёт в спальню. Я терпеть не мог враньё, и главным правилом нашей семейной жизни было – честность. Но Амала почему-то решила делать всё по-своему, видимо, думая, что я несведущ в подобных мелочах и даже не догадаюсь о том, что происходит что-то не то. Но, увы и ах, здесь я тоже оказался на несколько шагов впереди и держал это для лучшего случая. И сейчас – точно не он. Впрочем, как говорится, ещё не вечер. Пока мы находимся в привычном нам «климате», в собственном доме, обсуждая какие-то мелочи, будто ничего не произошло сегодня утром – я имею возможность обдумать всё случившееся и собрать воедино полученную ранее информацию. Информация о найденных мной таблетках начинает навязчиво крутиться в моей голове, замещая все остальные мысли и не давая рассуждать. Я поверхностно отвечаю на вопросы жены, ковыряясь в тарелке, когда она подаёт ужин. Делаю почти всё на автопилоте, пропуская мимо ушей всё, что она говорит, но Амала так увлечена монологом, что даже не замечает моей отстранённости. Я собираю в кулак остаток своей выдержки, чтобы не выплеснуть вопрос, который меня волнует, прямо ей в лицо, как стакан ледяной воды. Я стараюсь сохранять спокойствие, но чем дольше я это делаю, откровенно говоря, насильно, тем хуже мне становится.
[indent] Но чем дальше, тем хуже. Меня спасает мытьё посуды – единственная вещь, которая по-настоящему меня успокаивает, как будто доза сильных таблеток, выписанных психиатром. Правда. Меня с самого детства успокаивала вода и всё, что с ней связано, поэтому я всегда знал, что в моём собственном доме обязательно будет бассейн, где я буду плавать и летом, и зимой, ведь у него непременно будет отопление, позволяющее совершать заплывы даже когда холодно. Именно так всё и было – бассейн был первым, на что я указал проектировщикам, когда строил этот дом. Когда у тебя есть деньги – ты можешь позволить себе что угодно, и к такому уровню жизни я всегда стремился. А сейчас – вряд ли меня успокоят даже десять кругов по всему периметру бассейна. Я обновляю нам напитки и сажусь на своё прежнее место за столом. Поднимаю голову, включаясь в разговор, который начинается очень своеобразно, но я уже ничему не удивляюсь. Ухмыляюсь, давая безмолвный ответ на её вопрос. Амала оказывается на моих коленях, обнимая мою шею одной рукой. – Это сложно забыть, – пальцы по-хозяйски поправляют её волосы, смахивая их на спину, открывая передо мной красивую шею и ключицу. Я чувствую запах её тела, и по моей коже проходит едва ощутимый разряд тока. Каждая клеточка моего тела тянется к ней, но я сижу неподвижно, вслушиваясь в размеренный стук её сердца. Жена продолжает говорить, а я прямо ныряю в воспоминания того вечера. – Звучит так, будто ты по заготовленному сценарию говоришь, который ты так хорошо выучила, что до сих пор помнишь реплики с того вечера, – говорю, улыбаюсь, а потом хмыкаю сам себе под нос, поражаясь иронии того, что сам и говорю. Амала едва заметно кривит губу, а потом касается моих губ в поцелуе, видимо, не отдавая должного внимания смене моего настроения. Она часто пропускает мимо себя подобные моменты, но я не обижаюсь. Мне наоборот больше по душе, что она замечает не все детали моего характера и оставляет что-то лично для меня. Её губы на моих губах отпечатываются поцелуями всё чаще. Пальцы сжимают её талию чуть сильнее, потому что каждое её действие для меня как спусковой крючок. Она будто интуитивно знает, на какое место надавить, чтобы вырвать из меня что-то неприятное и болезненное. То, от чего нужно избавиться как можно быстрее.
[indent] Но я теперь вступаю в фазу хитрой манипуляции. Запутать жертву, довести её до паники, а потом заставить говорить и только правду, так как иное сказать у неё просто не получится, в силу сложившихся обстоятельств. Я отставляю свой напиток в сторону, освобождая руки для того, чтобы обнять жену за талию и прижать поближе к себе. Её губы накрывают мои снова, поцелуй углубляется, а волна возбуждения проходит по моему телу, пронизывая его от макушки до пяток. Но я снова сдерживаю себя, действуя на каком-то безумном упрямстве, от которого мне самому тошно. Я превращаю всё это в извращённую игру. Отстраняюсь от неё, встречаясь взглядом с её затуманенным взглядом. Пальцы аккуратно двигаются по её телу, к молнии её платья на спине, спуская её вниз. Внимательно считываю её реакцию. Из-под полуопущенных ресниц её затуманенный взгляд выглядит таким невинным. Она облизывает губы, начинает ёрзать на мне от нетерпения. Платье невероятно мне мешает, поэтому я решаю избавить это красивое тело от него совсем. Придерживая за бёдра, я помогаю Амале приподняться на моих коленях и позволить платью скользнуть вниз на пол. Перехватывая инициативу, удерживаю жену за бёдра и перемещаю нас к кухонной стойке, где она ещё совсем недавно готовила. Поцелуй за поцелуем. Горячее дыхание, нервные движения пальцев, расстегивающих мою рубашку и обнажающих кожу. Эта страсть, которая сносит все барьеры в голове. Но не в моей. Холодный разум не позволяет мне расслабиться. Я снова и снова натыкаюсь на её взгляд, на слегка приоткрытые губы, и меня будто что-то начинает тормозить. Наверное, всё это враньё, от которого меня тошнит. Я не могу смотреть ей в глаза, поэтому снова меняю наше местоположение, вызывая неоднозначную реакцию у жены. Делаю всё молча, чтобы не выдать свою нервозность словами. Сейчас моя жена прижата моим же телом к огромному панорамному окну нашей кухни в одном белье. Мои губы изучают её тело, оставляя тело на контрасте эмоций. Я желаю её так же сильно, как и всегда, как и каждый день «до» и, уверен, как и будет всегда «после». Но один и тот же вопрос бельмом стоит перед моими глазами.
[indent] Я уверен, что она слышит, как звякнула пряжка моего ремня. Я прикусываю её кожу, оставляя едва заметный след на её плече. Холодное стекло вот-вот лопнет под давлением наших тел, но я не позволяю ей отстраниться, вжимая её в него всё сильнее. Как будто моим подсознательным желанием было обнажить не только её тело, но и душу: заставить говорить со мной откровенно. Пальцы скользят вниз по позвоночнику, очерчивая каждый позвонок. Я чувствую и вижу, как её тело откликается на мои движения. Как задница дёргается вслед за моей рукой, подставляясь под следующее прикосновение. Я стягиваю её трусики вниз, обнажая кожу. Оставляю влажный поцелуй на плече, подбираясь к шее. Она видит моё размытое отражение в стекле, её тело напряжено, но это приятное напряжение: такое же, как перед прыжком в ледяную воду. Ты чувствуешь страх и предвкушение, уверенная в том, что дальше будет только лучше. – Я знаю правду, – шепчу ей на ухо, заставляя дёрнуться. Она хочет развернуться ко мне лицом, но я не позволяю, прижимая её тело к холодному стеклу, но на этот раз одной рукой, пока вторая раздвигает её ноги и подставляет её же задницу под мою вторую руку. Я по-хозяйски опускаюсь ниже, касаясь её мокрой кожи и вырывая первый стон: похоть, смешанная с ледяным страхом. Она напряглась. Она знает, что я знаю, но как далеко мы зайдём в этой игре в «дурочка» или «дурочку»? Одному Богу известно. Шумно вдыхаю аромат её кожи, оставляю ещё один поцелуй на её плече. Я чувствую, как её тело дрожит, но пока не до конца понимаю отчего именно. – Ты, наверное, думала, что я совсем идиот и не догадаюсь? Не пойму, что меня разводят, как дурачка? Сколько ещё ты собиралась меня обманывать? Месяц? Год? Заставлять сомневаться в себе и собственных способностях? – хмыкаю в ответ на собственный вопрос, проталкивая пальцы глубже и заставляя её тело инстинктивно дёргаться мне навстречу. Я знал, что это сработает. Я знаю её тело как своё собственное и могу использовать её слабости себе в плюс. Прям как она использует мои желания против меня самого. – Как давно ты пьёшь противозачаточные, Амала? – задаю вопрос в лоб, ожидая её мгновенной реакции. Но мои губы всё ещё касаются её кожи, будто пытаясь успокоить и дать шанс подумать, прежде чем снова врать мне в лицо. – Думала, что я не знаю? Как долго ты ещё собиралась врать мне, а? – снова втягиваю аромат её кожи, откровенно показывая, что получаю от этого удовольствие. Я чувствую её страх буквально каждой клеточкой тела и не хочу, чтобы это ощущение власти, пусть даже всего на одно мгновение, покидало меня. – Я хочу правды, Амала, а не очередную брехню, которую ты мне будешь закладывать в голову, выдавая за «правду», – сжимаю пальцами её шею, разворачиваю лицом к себе, не разрывая контакта между моими пальцами и её влажной кожей. Я вхожу в неё двумя пальцами, врезаясь взглядом в каждую эмоцию на её лице, считывая их, словно сканер считывает страницы книги, долгое время не поддававшейся ни одному переводчику.

0


Вы здесь » seven devils » киллиан + амала » I'm a little bit obsessed


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно